На территорию отрезанной от цивилизации усадьбы опускается вертолет: из него выходит утомленный миллиардер Борис (Кирилл Кяро), заплативший $1 млн за развлечение для одного — мужчину ждет иммерсивный спектакль, разыгранный тщательно подготовленной труппой. Закрывшиеся за Борисом двери заметает снежная буря, представление начинается. Персонажи сменяют друг друга и пытаются вовлечь гостя в историю: кто-то умер, кто-то украл завещание. Борису скучно — он то проверяет бутылки в поисках алкоголя, то откровенно зевает. Все меняется, когда со стены снимают ружье — оно внезапно стреляет по-настоящему, и один из участников спектакля падает замертво. Борис наконец-то с интересом вглядывается в испуганные лица присутствующих. Неужели и это часть представления?
Марина Калецкая в роли Ольги на кадре из сериала «Черная графиня»
«Черная графиня», созданная Ильей Куликовым («Камбэк») в соавторстве с Иваном Корвиным («Струны») и Варварой Морозовой («Добрый доктор»), — редкий для отечественного телевидения удачный пример жанрового гибрида, где, по крайней мере в первой половине сезона, классический камерный детектив, триллер и мистика сосуществуют органично. «Черная графиня» вступает в диалог с традицией, восходящей к Агате Кристи и Артуру Конан Дойлу, но усложняет исходную формулу, предлагая нечто новое.
Оказавшись в ловушке без связи (Интернета нет и не было, а спутниковый телефон сломан) и помощи (работники кухни и медперсонал неожиданным образом исчезают), участники начинают подозревать друг друга. Артисты обвиняют театрального режиссера Тимура (Юрий Чурсин), его протеже — помощницы Настя (Елена Алферова) и Алиса (Тамара Адамова) — взывают к спокойствию и сами попадают в опалу. Чем дальше заходит расследование (и чем больше становится жертв), тем сложнее понять: перед нами цепь реальных преступлений или чья-то изощренная постановка? Якобы убитый Глебом (Денис Васильев) Рома (Евгений Кананыхин) пропадает из холодильника, куда его заботливо поместили коллеги, а по дому кто-то раскладывает подсказки: фигурки домино, игральные карты, записки.
Мария Кулик в роли Черной графини на кадре из сериала «Черная графиня»
Помимо основной линии — расследования загадочного убийства — в сериале есть череда флешбэков. Одни рассказывают, как артисты готовились к представлению, другие раскрывают тайну Черной графини (Мария Кулик) — фольклорной фигуры, якобы много лет назад жившей в стенах той же усадьбы. Введя в повествование идею о проклятом доме и призраке его хозяйки, сценаристы создают дополнительный уровень неопределенности. Намек на мистическое развитие событий удерживает сериал в состоянии жанрового колебания и не позволяет зрителю окончательно выбрать между рациональным и иррациональным объяснением происходящего.
Кирилл Кяро в роли Бориса на кадре из сериала «Черная графиня»
Каждый из персонажей — одновременно и потенциальная жертва, и возможный преступник. Репетиции труппы вскрывают нездоровую динамику отношений режиссера и артистов — оказывается, ради достоверности Тимур вполне готов пойти на насилие, а лишенные гарантий и стабильности актеры давно вынуждены терпеть. Личные драмы наслаиваются друг на друга, и мрачное пространство особняка превращается в лабораторию для исследования поведения человека в экстремальных условиях. Один из наиболее здравомыслящих персонажей, матерый актер Коровин (Олег Васильков) в сердцах даже сравнивает происходящее с «Пилой» — с определенного момента упоминание франшизы Джеймса Вана и Ли Уоннелла действительно начинает казаться уместным. Сериал последовательно обманывает ожидания: зритель, подобно героям, оказывается втянут в игру, правила которой постоянно меняются. И, кажется, никто уже не понимает, что происходит. Упрямое отрицание Бориса придает повествованию немного комических ноток, ведь увлеченный бизнесмен не готов поверить в реальность происходящего даже тогда, когда очередное убийство происходит прямо перед его глазами.
Первая половина «Черной графини» кажется удачной. Исследование темных сторон человеческой природы сочетается с рефлексией над сутью игры и размышлениями о проблемах в театральном цеху. На что мы готовы пойти ради профессии? А ради острых ощущений? И во что нам проще поверить: в существование обезумевшего мстительного духа или бессердечного кукловода, испытывающего пугающую симпатию к зрелищным убийствам?
